Ekaterina Roshchina

X5 Retail Group извлекла урок из визита Владимира Путина, и запустила новую акцию:

Каждый из нас, наверное, время от времени задает себе вопрос, что есть истина?
Истина одновременно единственна и неуловима, объективна и непознаваема. В поисках истины, в тумане черное нередко оказывается белым, доброе - злым, большое - маленьким. Существует расхожее мнение, что истина рождается в споре. Однако вряд ли это справедливо и для нас, раз,  как точно отметил Бродский,  "для человека, чей родной язык - русский, разговоры о политическом зле столь же естественны, как пищеварение".
Тем не менее, и в России существует истина, в которой можно черпать силы. Она, в частности, заключена в веселом и легком имени, знакомом каждому из нас с детства - Пушкин.
Пушкинский слог удивительно ладен и изящен. Порой кажется, что самое источник русского языка - это стих Пушкина. Только в нем спрятана сила языка, его острота и блеск. Пушкинские строки питают душу, возрождают надежду, лечат бессилие.

Ссылки:
Нобелевская лекция И.А. Бродского
А. Блок "О назначении поэта"

До Нового Года осталось еще 10 дней, за которые нужно немало сделать.
В ожидании праздника можно нарядить елочку и вырезать снежинку он-лайн.

Мне очень жаль, что я сейчас нахожусь на в Авиньоне, где заканчивается ежегодный театральный фестиваль, а совсем в другой, северной стране.

Между тем на фестивале показан "Гамлет" блестящего немецкого режиссера Томаса Остермайера. Текст классической пьесы еще и отредактирован Мариусом фон Майенбургом, одним из классиков современной драматургии. Несколько лет назад его "Огнеликого" блестяще поставил Оскарас Коршуновас. Тогда NET честно и аккуратно познакомил с ним российского зрителя.

Хочется надеяться, что, например, NET привезет и "Гамлета". К тому же, в следующем году нас ждет Чеховский Фестиваль. Будем рассчитывать на организаторов.  Пока можно прочесть недовольную рецензию Марины Давыдовой в "Известиях" и восторженную - Олега Зинцова в "Ведомостях".

Кроме того, вышло очень приятное интервью Лии Ахеджаковой Марине Давыдовой. Среди прочего, они обсуждают старый и новый театр, замечательный спектакль Алвиса Херманиса "Звук тишины" (также показанный на NET в этом году) и тонкую грань между ностальгией и неумением оставлять прошлое позади.

Феномен воспоминаний и неумения отделаться от них очень верно подметил Илья Кабаков - в Музее Современного Искусства в Осло выставлена его инсталляция - "Мусорный человек". Ее очень забавно разглядывать - целая коллекция ненужных вещей, связанных воспоминаниями. Косточка от яблока вызывает смех. А горы бумаг, которые "я хотел было выбросить, но стал разбирать и.." - совсем другие чувства.

Осло, к слову, великолепный город. Северный и одновременно очень курортный. А о выдержанности норвежской архитектуры можно сказать то же, что написала Марина Давыдова о помещении Студии Сергея Женовача: "В нем нет привычной новорусской красивенькости, медленно, но верно превращающей нашу столицу в "Диснейленд им. Ю.М. Лужкова". Надеюсь, и мой родной и горячо любимый город вернет себе когда-нибудь свою красоту. Может быть, если не Осло, то Лондон заразит его чувством стиля?

Юрий Погребничко в интервью Марине Давыдовой, посвященному премьере спектакля "Где тут про воскреcение Лазаря?":


Дождливая погода как ничто другое способствует размышлениям и воспоминаниям. Один из верных способов добавить пищу для ума - послушать, что говорят другие.

Мой выбор в июне:

Фестиваль "Эдинбургский Фриндж в Москве" - программа спектаклей "другого", во многом маргинального театра. Фестиваль предлагает читки пьес Марка Равенхилла, спектакли британских и российский театров. Российская программа представлена Театром ОКОЛО, "Формальным театром" Андрея Могучего и др. О британских участниках практически ничего сказать не могу, но думаю, что будет интересно. От части именно таким представал перед зрителем фестиваль NET на заре его существования. Почти все спектакли Эдинбургского Фринджа играются в Центре имени Мейерхольда - более чем значимом месте для москвоского театра. Фестиваль будет интересен тем, кто хочет познакомиться с современным европейским театром. Однако на неискушенного российского зрителя, ориентированного на театр традиционный, знакомство может произвести слишком сильное впечатление.

Дмитрий Крымов. В июне вновь покажут "Демона. Вид сверху", на который я так давно хочу сходить. Покажут и редкость - "Торги". Спектакль-прощание с Учителем, поставленный по всем пьесам Чехова одновременно. Мне привлекает уже только одна возможность продумать и прочувствовать в который раз чеховский текст, увидеть всех его персонажей, оплакивающих и восхваляющих навсегда ускользающий от них Вишневый Сад . Однако  это нелучший спектакль Крымова, поэтому ожидать от него многого не стоит.

Пожалуй, вряд ли кто-нибудь еще так может помочь в переломный момент жизни, как Юрий Погребничко. Его Театр ОКОЛО  - это театр абсурда, мудрый и вечный. Я бы сходила на "Где тут про воскресение Лахаря?".  Достоевский и Володин - интересное сочетание, не правда ли?

И, наконец, тема конца, ухода, смерти - именно то, что исследует Миндаугас Карбаускис в своих работах. Остался ли он ей верен? Или обратился к осмыслению жизни? "Рассказ о счастливой Москве" в Табакерке.

Если есть желание присоединиться - выбирайте июньские даты, кроме всех сред, и пишите в комментарии или на почту.

Хороших размышлений!

P.S. Я хотела прочесть, наконец, "Игру снов" Августа Стриндберга и "В ожидании Годо" Самуэля Беккета. Пожалуй, не найти более загадочных пьес двадцатого века. Но, видимо, они не пользуются популярностью, и их сложно найти в книжных. Может ли кто-нибудь поделиться текстами? Заранее очень благодарна.

Уже неделю я слушаю только одну мелодию – «Звук тишины» Саймона и Гарфанкеля, популярной американской группы конца 60-х. Именно эта мелодия стала отправной точкой для другого «Звука тишины»  - спектакля Алвиса Херманиса и его Нового Рижского Театра.

Этот спектакль – о молодости. И о шестидесятых. Может быть, шестидесятые и есть молодость двадцать первого века? Время любви и протестов, веры в коллективное счастье и просто идеализма, ощущения свободы как воздуха. Кажется, все атрибуты молодости налицо. Но, конечно же, это время Саймона и Гарфанкеля. Их песни и есть воздух для героев спектакля. Звук тишины слышен отовсюду – из книг и банок, которые можно слушать, как ракушки. Он сопровождает минуты счастья и тревоги, рождается вместе с утопическими образами, предваряет спектакль и звучит, как эхо, в самом его конце.

«Звук тишины» получился невероятно добрым и одновременно зажигательным. Его героям завидуешь, веришь и живешь вместе с ними. Но даже сам Херманис понимает, что в идеалистичном мире можно захлебнуться, и один из героев не доживает до конца. И зритель, окунувшись в воспоминания, возвращается в циничный 2008, откуда пришел.

И все-таки, для меня этот спектакль – воспоминание о театре. Дело в том, что «Звук тишины» невероятно театрален. Его невозможно было бы заснять на пленку или перенести в кино. Невозможно было бы изложить на бумаге сюжет, которого практически нет. Сильные стороны спектакля – ассоциации и энергетика, то есть исконно театральные инструменты. Он создает образы, которые останутся в память надолго. Влюбленные, связанные и соединенные одновременно телефонным проводом. Большие стеклянные советские банки, становящиеся рупором в другой мир. Человек, определяющий по глазам, какую книжку дать прочесть. Перо, которое должно лететь, чтобы звучала музыка – и герои играют им, словно перекидывают мяч. Это все игра повторений, обмана ожиданий, мизансцен, акцентов, взглядов, положений.

И, конечно, актеры. В них есть и молодой задор, и вера в полную гибель всерьез, и одновременно способность улыбнуться происходящему, есть и самоотдача, и сыгранность. А в результате зрители становятся частью спектакля, как это и должно происходить. Зрительские реакции становятся живыми, а не надуманными, как часто бывает с московской публикой. Зал ждет развязки сцены, затаив дыхание, огорчается и радуется вместе с героями спектакля.

И это – самый живой и неподдельный театр. Именно такие спектакли напоминают мне, что такое театральное искусство. Напоминают мне о живом и очень профессиональном театре, который я видела в начале двухтысячных. Для меня настоящий, мировой театр начался в 2001 году с Театральной Олимпиадой. С одной стороны, именно тогда я увидела образцы лучшего театрального мастерства, узнала о прекрасный режиссерах – Теодоре Терзопулосе, Тадаси Судзуки, Эуженио Барбе, Джорджо Стреллере, Эймунтасе Някрошюсе, Оскарасе Коршуновасе, Кастроффе, Франке Кастроффе, Бартабасе и многих других. Но и московский театральное пространство просто взорвалось новыми именами: так, например, на сцену вышел Кирилл Серебрянников с «Пластилином» Василия Сигарева. В Москве зазвучали имена Марка Равенхилла, Сары Кейн и Мариуса фон Майенбурга.

Театральная Олимпиада настолько задала тон, что сегодняшняя театральная Москва выглядит блеклой и мутной на ее фоне. Режиссеры разговаривают о социуме и его проблемах, но совсем нет тех, кто обращает с Богом, кому нужно бороться с роком, а не с бедностью или скукой. Поэтому и актерское мастерство выглядит либо бледно по причине его отсутствия, либо не имеет возможности проявить себя и также ничем не привлекает зрителя.

«Звук тишины» я запомню надолго, и еще не раз буду напевать эту мелодию, и печальную, и веселую одновременно.

Как знает большинство из вас, мы с Сережей в августе стали жить вместе. Тогда мы переехали и сделали ремонт в большей части нашей квартиры. Нам остался балкон, на котором мне очень хочется по вечерам пить кофе, сидя среди цветов.

Сегодня, решив, что уже достаточно тепло, я стала разбирать те вещи, которые лежали на балконе. Чего только я не нашла! Там были какие-то очень старые банки с вареньем и компотом, снятая когда-то раковина, совершенно негодные кастрюли...

Но каково же было мое удивление, когда, выбросив очередной хлам, я обнаружила солому и птичьи перья. Это было гнездо! Настоящее птичье гнездо! Между полом и стенкой образовалась щель, птичка выклевала пенопласт, которым был устелен пол шкафчика и свила себе гнездо в самой что ни на есть московской квартире!

Надеюсь, что оно ей послужило верой и правдой. Сейчас же гнездо присоединилось к остальному балконному мусору, освободив пространство для идей и цветов.

Из моей жизни совершенно исчез Разговор.
В ней, конечно, появилась Работа, Семья, Планы, Домохозяйство и много чего еще - даже, не побоюсь этого слова, Счастье.
Но Разговор исчез.

Разговор о любви, о мечтах, о чувствах, о будущем, о Самом Важном. Когда кажется, что вы и ваш собеседник проживаете целую жизнь вместе и думаете совершенно одинаково. И ваше следующее слово дополняет мысль вашего друга, а его - вашу.
Или, наоборот, вы - ярые противники, но вам непременно нужно склонить собеседника на свою сторону. Доказать, что он ничего не понимает, а вы, напротив, обладаете тем самым истиным знанием.

Во время Разговора возникает ощущение полета. Ощущение, что вот-вот ухватишь Бога (или кого-нибудь еще?) за пятку.

В разное время у меня получалось так разговаривать с папой, с Машей, с Сережей. И с самыми разными случайными знакомыми. Несколько часов - и новый знакомый кажется старым.

Наверное, Разговор исчез и потому, что появился и стал очень осязаемым Горизонт.

Один из верных способов вернуть Разговор - или, по крайней мере, задать для него отправную точку  - сходить в театр. Тогда разговор, начатый с режиссером, может продолжится с самим собой, а если повезет - и с вашим спутником.

Через неделю мы с Сережей идем на "Июль" Ивана Вырыпаева и Полины Агуреевой.
Я надеюсь, что в феврале я доберусь и до новых спектаклей Камы Гинкаса ("Роберто Зукко") и Миндаугаса Карбаускиса ("Рассказ о счастливой Москве"), а также до уже не очень нового "Демон. Вид сверху" Дмитрия Крымова.

И напоследок. Просматривая театральные рецензии, я в который раз отметила, что читать умного и мыслящего близкими тебе категориями человека чертовски приятно - рекомендую статьи Марины Давыдовой.

Сегодня у двери подъезда своего дома я столкнулась с пожилой женщиной, почти старушкой, которая набирала номер моей квартиры по домофону.
Она оказалась курьером, который доставляет нам с Сергеем журнал "The Economist".
Его доставляют в срок с октября курьером. Учитывая стоимость полугодовой подписки на всемирно известный журнал, я считала курьерскую доставку приемлемой..

Но сегодня я готова была провалиться сквозь землю от стыда.
Добавлю, что я как раз вышла из машины, а она пришла пешком.

Вот чем оборачивается буржуазный сервис в бедной стране.

В этом году Высшая Школа Экономики отменяет для своих студентов право перевода из бакалавриата в магистратуру. Делается это в связи с принятым Думой законом о системе "4+2", который требует прием на конкурсной основе для всех студентов.
Студенты такими переменами, разумеется, не довольны. До нынешнего момента можно было рассчитывать почти на 100%-ный перевод на маловостребованные магистерские программы "теоретического" направления - такие как макроэкономика, социоэкономика, институциональная экономика, ммаэ. Достаточно было лишь получить оценку 7 и выше на госэкзамене и за диплом. Заметим, что оценки ниже 7 встречались редко. Теперь даже лучшие студенты, возглавляющие рейтинг, должны вспоминать математический анализ и тратить половину июля на сдачу экзаменов.

Помимо ограничений, накладываемых законом, есть и другие стимулы - Вышка выйдет на рынок магистратуры, чтобы открыто конкурировать с другоми вузами. Это должно принести как финасовые выгоды, так и повысить конкурентоспособность самих программ и уровень подготовки поступивших студентов.

Но чего добьется Вышка?

От нововведений практически не пострадают программы финансового направления - здесь прграммам экономического факультета "Стратегическое управление финасами фирмы" и "Финансовые рынки" могут составить конкуренцию только "Стратегическое и финсовое управление" факультета менеджмента и, возможно, "Финансовая экономика" МИЭФ.

Гораздо хуже выглядят те самые "теоретические" специализации. С одной стороны, конкурент у них только один - Российская Экономическая Школа. С другой стороны, студенты, заинтересованные в получении глубоких теоретических знаний, возможно, в продолжении своей карьеры в исследовательской среде и просто лучшие студенты на курсе традиционно выбирали именно эти программы. Но каков будет их выбор теперь?

Многие их низ поступали в магистратуру ВШЭ путем перевода (лучшим, разумеется, не нужно было задумываться об экзаменах). Теперь им все равно придется готовиться к поступлению. Но при незначительно различающихся издержках поступления эти студенты скорее всего выберут не ВШЭ, а РЭШ как более сильную магистратуру. Действительно, программы вступительных экзаменов очень близки, провалиться можно и там, и там (например, просто перервничав), стоимость обучения в случае провала сопоставима. При таком соотношении издержек и выгод выбор рационального агента очевиден.

Итак, мой прогноз - в краткосрочном периоде Вышка проиграет от выхода на рынок магистратуры.

В октябре РАМТ наконц-таки выпустит "Берег Утопии". Пьесы Стоппарда будут играться, как и написаны, в три спектакля в один день (как и, например, додинские "Бесы").

Премьера состоится 6 октября, в субботу. В октябре дадут еще один спектакль - 7.10, в воскресенье.

Будем надеяться, что Бородину удастся передать все очарование текста.

Я хочу обратить ваше внимание на несколько научных мероприятий, которые пройдут в ближайшее время.
Некоторые из них просто нельзя пропустить!

Во-первых (и это самое главное), в Москву приезжает Авинаш Диксит.
Его выступление было заявлено уже довольно-таки давно в рамках почетных лекций памяти Цви Грилихеса в РЭШ, но в результате Диксит прочтет лекцию в МИЭФ.
Он выступит с темой "Институты управления и экономическая деятельность" 5 сентября в 16.00 в Культурном центре ВШЭ (ул. Воронцово поле, 5А). Мероприятие открытое.

Во-вторых, продолжается научный семинар ЦЭФИР/РЭШ, где, как всегда, много интересного.

12 сентября выступит Михаил Островский (Stanford Graduate School of Business) c темой "Strategic Proxy Voting"

19 сентября выступит Уильям Пайл (Middlebury College) с темой "Organized Business, Political Regimes and Property Rights across the Russian Federation"

24 сентября выступит Марсель Бойер (Montreal University) с темой  "The Value of Real and Financial Risk Management"

Я постараюсь попасть на первые два семинара, но и третий не менее достоин внимания.

Научные семинары ЦЭФИР/РЭШ начинаются в 13.20 и проходят в к. 720 по адресу Нахимовский проспект, 47 (здание ЦЭМИ)

Немногим менее месяца назад я была в Лондоне. Приятно было пройтись по любимым картинным галереям - Tate Modern, Tate Britain и, конечно же, National Gallery. Здесь я собрала несколько картин, которые привлекли мое внимание.

Святая Мария Магдалина и Святой Петр неизвестного итальянского автора середины XIV в.


Эти Святые очень отличаются от своих соседей по залу - у них слишком земные лица, совершенно не отрешенные и не идиализируемые, как это в основном бывает. Мне кажется, это связано не столько с манерой или искусством художника, сколько с теми моделями, с которых он писал. Это лица итальянских крестян, хоть и на ликах святых.

"Благовещение" Фра Филиппо Липпи, 1450-3

Эта вещь входит в число самых известных картин галереи, но я, с моим плохим знанием Возрождения, обратила на нее внимание толкьо сейчас. К сожалению, репродукция совершенно не передает того восхитительного впечатления, которое она производит. Создается ощущение соединения земного и божественного. Кажется, будто действительно ангел сошел на землю и возвещает о чуде Рождества.

"Портрет Дамы (Дама в Красном)" Джованни Батисто Морони, 1555-60

Удивительный взгляд, правда? И поза - как будто она присела лишь на минутку и сейчас уйдет...

"Аллегория осторожности" школы Тициана, 1565-70

Очень изящная аллегория, которую разъясняет подпись: EX PRAETERITO PRAESENS PRVDENTER AGIT NI FUTUR- ACTIONE DETVRPET [Полагаясь на прошлое, человек в настоящем действует осторожно, чтобы не наслать на себя опасность в будущем].
Весьма необычный для сегодняшнего понимания символ осторожности, правда? - трехголовое чудовище с головой волка, льва и собаки?

"Аллегория Любви" Паоло Веронезе, 1570-е
I. Неверность II. Презрение

III. Уважение IV. Счастливый союз


"Портрет Якоба Трипа" позднего Рембрандта, 1661

Увы, он невероятно проигрывает в репродукции. "Портрет Якобы Трипа" был выставлен, наряду с другими картинами знаменитого голландца, на выставке "Голландские портреты: век Рембрандта и Франца Нальса". Выставка чудесная: во-первых, это первоклассные художники, смотреть работы которых - одно удовольствие, а во-вторых, она очень подробно рассказывает об эволюции голландцкого портрета и показывает разнообразные типы портрета, которые были популярны. Но "Портрет Якоба Трипа", безусловно, доминирует над всеми выставленными работами. Мне кажется, у него такой взгляд, в который можно всматриваться часами - он скрывает что-то неведомое, обладает какой-то иной мудростью, иным знанием. Взгляд, который, будучи вполне человеческим, земным, реальным, соверешенно для меня не понятен.

Ссылки по теме:
National Gallery, London
Dutch Portraits: The Age of Rembrandt and Frans Hals

"Грузом 200" называют перевозимые трупы. Название фильма появляется на  фоне кроваво-красной карты  России - большими черными буквами на алом фоне. С самого начала Балабанов показывает, что фильм - о смерти, о разложении. 

Вслед за названием - полуторачасовая аллегория о советском прошлом и российском настоящем, сложеная из реалистичных символов. В фильме реальность перемешана с символами. Так, действие фильма происходит в Советском Союзе в символичном 1984 г. Но на дискотеке играет "Кино", а в деревне гонят самогон, как и положено настоящему восемьдесят четвертому - эпохе рока и сухого закона. "Груз 200" - сюрреалистичное, а не реалистичное кино. Даже пояснение: "Фильм основан на реальных событиях", воспринимается как отсылка, игра в реализм, но ни в коем случае не как факт.

Сюжетных линий в фильме три: одна основная и две вспомогательные, которые идут вслед за персонажами. Основная - похищение и насилие над девушкой, которое совершает капитан милиции Журов; вспомогательные линии рассказывают о преподавателе кафедры научного атеизма, приезжающего из Ленинграда к родственникам в Ленинск и молодом парне Володе - человеке нового поколения. Центром фильма является деревенский дом у дороги, хозяева которого готовят и продают самогон - именно здесь пересекаются все три сюжетные линии фильма и их персонажи. Но пространство фильма расширено за счет Ленинграда, райцентра Ленинска и соседнего маленького городка - фактически "Груз 200" вмещает в себя всю  Россию.

Большинство отзывов на фильм, как только он вышел в прокат, были очень резкими -  Балабанов заставил ужаснуться и кинокритиков, и обыкновенных зрителей.

Чем же так страшен "Груз 200"? Прежде всего - насилием. Насилием ни много ни мало Советского Союза, который олицетворяет капитан Журов, над совсем молодой и невинной девушкой - бессмысленным и особенно жестоким от того, что это насилие ради насилия. Журову доставляет удовольствие та власть, которой он обладает - он может делать все, что пожелает, оставаясь ненаказанным.

Страшна атмосфера фильма - атмосфера безвыходности. Балабанов не оставляет надежды на светлое будущее. Он показывает темное и серое прошлое, которое превратилось в такое же настоящее и непременно перенесется и в будущее.

Великолепен по своей силе финал фильма: два молодых парня уходят в будущее, делать деньги и  покорять  Россию (ср. заключительную сцену "Брата"). Молодые парни, чья Родина - 1984 год...

Тем не менее, несмотря на свою резкость, "Груз 200" не производит того сильнго впечатления, на который он, по-видимому, рассчитан. Например, спектакль "Пластилин", поставленный несколько лет назад Кириллом Серебряниковым по откровенно чернушной пьесе Сигарева в Центре Драматургии и Режиссуры, "пробивал" зрителя гораздо сильнее - после него невозможно было жить так же, как раньше, и невозможно было мысленно не возвращаться к увиденному. После "Груза 200" такого не испытываешь. Основная его проблема на мой взгляд в том, что все эпизоды не доведены до конца, и картинка сменяется раньше, чем зритель успевает  прочувствовать происходящее. Как ни странно, это относится и к  сценам насилия, и к ключевым для понимания фильма философским сценам - например, эпизод, где преподаватель научного атеизма приходит в церковь креститься. Еще один потенциально сильный режиссерский прием - контраст между яркой музыки 80-х и совершенно безжизненной, серой картинкой - также остается во многом лишь задумкой, так как он не доведен до гротеска, и, в результате, не подчеркнут отдельно. 

К сожалению, игра актеров очень неровная. Блестяще играет Серебряков (Алексей, продавец самогона), очень хорош Полуян (Журов) - его маниакальный, отрешенный взгляд врезается в память. Но рядом с ними молодые актеры явно проигрывают. Кузнецова (Анжелика), которую бьют, унижают и насилуют, лишь изображает ужас, но не пропускакт его через себя - ей не веришь. Возможно, поэтому сцены, которые должны бить по сознанию зрителя, получились недостаточно шокирующими. Бичевин (Володя) играет точно, но не более того - ему не хватает яркости, актерской индивидуальности.

В целом "Груз 200" производит смешанное впечатление: с одной стороны, это набор ярких идей и режиссерских находок, а с другой - невнятный мрачный фильм. Остается вопрос - зачем все это показывать?  О чем же "Груз 200"?

Фильм о том, что ждет "за углом". О том, какое наследие оставил Советский Союз, что он сделал с душами людей. Это особенно важно, так как сейчас 75-летняя история словно выброшена и воспринимается как что-то, чего не должно было быть и словно уже и не было. Мы пытаемся восстановить преемственность с тем, что было до 1917 г. (например, канонизируя расстрелянную семью Ромаевых) Но ведь 75 лет - достаточный срок для того, чтобы выросло и вырастило детей поколение, не знавшее царского режима. Для этого поколения норма - и атмосфера несвободы  и постоянный дефицит, и угнетение личности (что показвает капитан Журин? Обычный человек - никто и с ним можно сделать все, что угодно, эдакий развернутый лозунг "Кто был никем, тот станет всем"). Это поколение питают воспоминания.  И, безусловно, дети именно этого поколения построили Россию сегодняшнюю - выросшие Славка и Володя.

Пожалуй, такая рефлексия действительно ужасает. Но ужасает умозрительно, безысходность не чувствуешь кожей , лишь задумываешься о ней. И в этом главный минус фильма.
Еще один важный вопрос, который остается для меня открытым - почему Балабанов снял "Груз 200" именно сейчас? Какой принципиально важный этап мы прошли или в какой вступили, что нужно показывать зрителю такую рефлексию? Чем она актуальна, если хотите. Или же мрачные мыли - этап в творчестве самого господина Баланова и они не отражают тенденции? 

В том случае, если выход фильма во многом случаен, а такое мироощущение индивидуально, можно спокойно сказать : "Господин Балабанов нас пугает, а нам не страшно". В обратном случае - пора испугаться не на шутку. 

Ссылки по теме:
Официальный сайт фильма
Круглый стол "Балабанов предупреждает Путина-2" в "Известиях", с блестящим выступление Даниила Дондурея (но, увы, бездарными репликами корреспондентов самих "Известий")
"Груз 200" на "Афише": рецензия и расписание в кинотеатрах

 

 

Я хотела бы обратить Ваше внимание на VII Международный Театральный Фестиваль им. Чехова, открытие которого состоялось на прошлой неделе.
На сегодняшний день это самый крупный и самый разнообразный театральный фестиваль в России. Он проходит раз в два года и собирает самую притязательную  публику Москвы. Организаторы фестиваля стараются знакомить зрителей с мировым театром в полном смысле этого слова - на фестиваль приезжают как именитые труппы, так и эксперементальные и уличные театры. В последние годы Фестиваль привозит много неевропейских спектаклей (в Евопу, в конце концов, можно съездить, она хорошо представлена на 2-х крупных европейских фестивалях, а иногда и сама к нам приезжает). Приезжают труппы из Латинской Америки, Канады, Соединенных Штатов, Кореи, Китая.

В этом году, на мой взгляд, представляющих интерес спектаклей не так много, как раньше. Но, тем не менее, они есть - и какие!

Прежде всего, это два спектакля театра "Буфф дю Нор", оба в постановке Питера Брука:
"Сизве Банзи умер" и "Великий инквизитор"
Правда на оба уже давно распроданы билеты.

Также приезжает Деклан Доннелан с трационной хореографий Ника Ормерода и нетрадиционным Шекспиром.
Нетрадиционен Шекспир пьесой - в Москве покажут "Цимбелин" - далеко не самую известную пьесу английского драматурга.

Из "классиков" приедет также Тадаси Судзуки. Его спектакли я очень люблю - он приезжал, мне кажется, на каждый Чеховский Фестиваль. Его режиссура может быть очень разной. Он привозил невероятного, сказочного, наполненного романтикой и одновременно очень простого "Сирано да Бержерака", после которого хотелось плакать. Был и совершенно непонятный мне "Иванов". И потрясающий по силе "Царь Эдип", который пробирал до костей и запоминался на всю остувшуюся жизнь. И многое-многое другое.
В этом году Центр исполнительских искусств Сидзуока покажется проект "Идущие и уходящие - возраждение традиций". В первом отделении прозвучит буддистская ритуальная музыка Японии, а во втором сыграют "Бога вина Диониса" - древнегреческую трагедию.

Из незнакомых мне трупп меня заинтересовала, пожалуй, только канадская "Комани Мари Шуинар", которая покажется "Весну священную" - балет Игоря Стравинского -  и "Послеполуденный отдых Фавна" Дебюсси.
Обе композиции были поставлены очень давно - в 1993 и 1994 гг. соответственно, и приглашение труппы на Чеховский Фестиваль говорит о том, что обе имели успех и стали известными.

Помимо упомянутых мной, приедет множество отличный театров. В частности, в программе много спектаклей Театра им. Ш. Руставели, которым руководит Роберт Стуруа. Программу  и описание спектаклей можно найти на сайте фестиваля.

В этом году VII Чеховский Фестиваль посвящен памяти Кирилла Лаврова - он долгое время возглявлял Международную Конфедерацию Театральных Союзов и был организатором Фестиваля.


Билеты на спектакли можно приобрести в МКТС по адресу Леонтьевский переулок, 21/1.
Телефоны кассы: 223-96-50; 223-96-51; 629-77-21.